Лишь немногим избранным — махатмам, наделенным особым даром, удается воскрешать эти воспоминания по своему желанию у себя и у других людей. Для обычных же людей это недоступно — в чем, кстати, также проявляется высшая божественная мудрость природы, — потому что мы лишились бы рассудка, если бы все воспоминания о прежних перевоплощениях нашей души существовали в нашем сознании одновременно с реальными впечатлениями и переживаниями. Мы не вынесли бы этого.

Морис вертелся и все громче фыркал от возмущения. Терпение у него явно кончалось. Комиссар, сидевший по другую сторону от меня, тоже порой довольно звучно скептически хмыкал. Хорошо еще, что я разделяла их, служа своего рода изоляцией.

— Но, к сожалению, именно оттого, что бессмертная душа скрыта в нашем теле столь глубоко и сокровенно, наука в материалистической и метафизической слепоте своей долгое время отрицала высокое учение о бессмертии наших душ, не погибающих вместе с бренным телом, а переселяющихся в новую оболочку, — продолжал Брахмачария, крадущейся плавной походкой расхаживая по сцене. — И только теперь наука стала признавать, как печально она заблуждалась.

Йог упомянул все о тех же исследованиях Пенфилда и Хидена, об опытах под гипнозом, ссылался на статьи, о которых я уже говорила.

— Ты мне об этом рассказывал, — шепнула я мужу. — Но разве существует наследственная память?

— Конечно, нет! — фыркнул он. — Передается по наследству с помощью хромосом, генов и нуклеиновых кислот лишь определенная информация, необходимая для построения организма, но никак не память о том, что видела наша прабабушка. Природа экономна и не засоряет сложный механизм наследственности всяким хламом. Типичный прием этих шарлатанов — придавать своим бредням видимость достоверности ссылками на науку. Ловко перемешивают действительные факты с наукообразным вздором.

— Тише, — поспешила я остановить его, потому что Морис в ярости все повышал голос и на нас уже начали оглядываться.